June 14th, 2016

черно-карамельный фликер о неоновых ангелах, нуаровых феях, каталитическом конвертере и порнокрасоте

«Славные парни» (The Nice Guys, 2016) Шейна Блэка

Кинолента, с которой хочется запрыгнуть в 1978-1990 годы, зарядить ее в тот старый киноаппарат, пригласить опохмелившегося киномеханика, развалиться одному или вдвоем в кресле пустого кинотеатра, услышать стрекот киннопленки, увидеть мерцание фликера, и первые кислотные титры последнего киносеанса о последних киногероях. – Расплыться в улыбке – и умереть от счастья. Такое кино превращает тебя в младенца, не способного связать и двух звуков в слово, не то что слова в предложения. Хочется прыгать, кричать, агукать, бегать на четвереньках, и по-младенчески смеяться.
Возможно, кинотеатры, которые пока не превратились в большие аттракционные бумбоксы, и еще странным делом существуют для показа обычного кино, последние месяцы прозябали только ради одной ленты на свете: «Славных парней». Фильма в ретро-стилистике 1970-80-х, «бадди-мувис», нео-нуаров и т.д. «Славные парни» -  одновременно брутально-мужское, инфантильно-детское и нежно-девочковое кино. Неизвестная науке «дворняжка». Искать конкретные ингридиенты в этом «детском черном кино» бессмысленно и, наверное, невозможно. К тому моменту, когда ты вдруг захочешь это сделать, разглядывая бокал с коктейлем на свет, легко взбалтывая его, окажется, что там и осталось-то уже на донышке.

«Славные парни» фиксируют важный момент. Постмодерн уже не играет особой роли, оммаж превращается в пустое понятие, цитаты возвращаются «к самим себе», насмотренный зритель в первые минуты фильма оказывается мальчиком или девочкой с широко раскрытыми глазами, в которых аршинными неоновыми буквами светится: «табула раса» и «хочу ещё!» И, наверное, есть в этом что-то очень правильное: в фильме о двух незадачливых, неуклюжих, плюшевых частных сыщиках, ищущих пропавшую/погибшую на лос-анджелесовском шоссе в 1977 году порноактрису – «золотым ключиком», открывающим таинственную дверцу, и золотым же макгафином оказывается загадочная потерянная кинолента (см. «Киноманию» Теодора Рошака).

С первых же сцен The Nice Guys рывком втаскивают зрителя в мифическое кинопространство последних киногероев, давно, казалось бы, утраченных (тех самых, которые были приняты на ура первым поколением постсоветских киноманов в видеосалонах). Некий мальчик тихо, дабы не услышали родители, достает отцовский порножурнал, и, в предвкушении запретных плодов, листает сию драгоценность: на главном развороте журнала – «девушка месяца» Мисти Маунтейнс: подросток взволнованно выдыхает. В тот же момент с близлежащего шоссе срывается авто, и, перепахав гостиную дома в паре метров от мальчонки (не будь в руках порножурнала – грудь Мисти стала бы последним видением в его жизни), рассыпается на газоне на груду металла. Изумленный мальчишка видит на развороченных телесах убитой в хлам машины  – окровавленное тело умирающей Мисти Маунтейнс «на яву». И, кажется, в той же позе, в какой словил её фэшн-фотограф: «Как тебе моя тачка, здоровяк?» - обращается дива с обложки журнала к мальчику перед тем, как испустить дух.
Collapse )
  • Current Music
    Cat's Eyes - "Chameleon Queen"/"Everything Moves Towards The Sun"
  • Tags
    ,