October 14th, 2018

как «ведьмы» могут зачаровать трибунал над ними, заставив «жителей Салема» казнить самих себя

«Ведьмы Салема» (Les sorcières de Salem, 1957) Реймона Руло

«Забытый шедевр» - фильм, который был издан на видеоносителях только в прошлом году. «Симпатизант коммунистов» американец Артур Миллер, якобы возмущенный сценарием, написанным на основе его пьесы «попутчиком коммунистов» французским экзистенциалистом Жан-Поль Сартром, почти сразу же после выхода «Ведьм» в прокат заблокировал все возможные попытки посмотреть ленту как-либо. На самом же деле, по словам актрисы Милен Демонжо, сыгравшей самую сексуальную героиню фильма, Абигейл Уильямс, ставшую триггером салемских процессов над ведьмами – триггером гневного запрета Миллера стало соблазнение Ивом Монтаном (сыгравшим персонажа фильма Джона Проктора, соблазненного, в свою очередь, Абигейл) супруги американского драматурга – Мэрилин Монро. В общем, все смешалось в доме Облонских, сами понимаете: французы, американцы, Мэрилин, Сартр, коммунисты, соблазнения и Ив Монтан.

«Ведьмы Салема», наверное, единственный фильм, более-менее достоверно и полно рассказывающий о событиях конца XVII века, развернувшихся в Новой Англии в пуританском Салеме (тогда в колонии, ныне в штате Массачусетс). О салемских процессах над ведьмами знают, кажется, все – или слышали краем уха. Это, возможно, самые знаменитые процессы эпохи «охоты на ведьм», которые и заставляют приклеивать этот ярлык к чему-то похожему: от сталинских судов 1930-х годов в СССР до параноидального преследования заподозренных в симпатиях к коммунистам в США в 1950-х (см. маккартизм), от движения «ми ту» вообще до внесудебного соцсетевого преследования заподозренных в педофилии, насилии или приставаниях, в частности. В голливудском кино о салемских ведьмах можно узнать почти только из развлекательного жанра, но и подобное мифологическое прочтение Салема в американском кино далеко уступает европейскому. Не так давно посмотрел хоррор «Город мертвых» (The City of the Dead, 1960) Джона Левеллина Мокси про Новую Англию и Массачусетс как раз, и некий город, в котором до сих пор практикуют ведьмы, каким-то образом выжившие после костров. Это очень атмосферное кино про сношения с дьяволом, где ведьма приносит в жертву студентку-исследовательницу средневековых «охот на ведьм» в середине фильма – как Хичкок в «Психо» режиссер неожиданно выпиливает героиню, которая для зрителя казалась главной – по улицам ходят молчаливые люди демонического вида, против ведьм может действовать тень от креста и т.д. Но и это кино британское. Поразительно, конечно, но в Америке, давно уже, как будто, изжившей из себя все эти мифические и полумифические моменты с поклонением дьяволу и верой в существование ведьм, в кино, в развлекательном его жанре, ведьмы точно существуют, дьявол тем более, и охотиться на ведьм почитают за честь даже герои сериалов.

Да и лент со светской трактовкой трагических событий 1692-1693 годов, когда погибло по обвинениям в связях с Сатаной по меньшей мере 25 человек, в американском кино, кажется, нет. Ну, не принято там продавать зрителю скучную правду (или ложь) о том, что ведьм нет, и что охота на ведьм это чудовищное зло, а вовсе не героический подвиг. В истории же европейского кино подобных лент – не конкретно о салемских процессах – довольно много. Вспомним самые важные из них, опустив развлекательное кино, где, скажем, Дарио Ардженто в одиночку побил бы на ведьмовском поле весь Голливуд. В 1922 году датчанин Бенжамин Кристенсен снимает фильм «Ведьмы» (Häxan), в которых со скепсисом и издевкой насмехается над верованиями в колдуний и колдунов, с симпатией рисуя несчастных женщин-истеричек, порой уверенных в том, что они настоящие ведьмы и подписали договор с дьяволом. В 1943 году другой датчанин, Карл Теодор Дрейер, по касательной проходится по теме процессов над ведьмами в фильме «День гнева» (Vredens dag) – действие ленты разворачивается в 1623 году, в разгар европейской охоты на ведьм, героиню-знахарку обвиняют в колдовстве и казнят, сжигая ее на костре – перед смертью она проклинает своих сельчан, которые не верят ей. В «Городе мертвых» ведьма на костре тоже проклинает сельчан, и это проклятие оказывается всамделишным. Всамделишным оно оказывается и у верующего Дрейера, только носит не такой инфернальный характер. В «Дне гнева» в центре сюжета оказывается женщина, природа ее чувственности, свойственная ей по определению «грешность», и восприятие такой вот женственности в средневековом обществе (женственность = плоть = похоть = грех = ведьма = дьявол). Склонность к фильмам о ведьмах и/или сношениях с дьяволом и одержимости имели не только скандинавы, но и Восточная Европа. В 1961 году поляк Ежи Кавалерович снимает «Мать Иоанну от ангелов» (Matka Joanna od aniolów) об одержимых монашках, истерично танцующих и святотатствующих в монастыре – фильм, кстати, основан на реальных событиях, ага, тоже XVII века – они имели место в 1634 году в монастыре урсулинок во французском Лудене. Про это же событие в 1971 году снимет Кен Рассел, назвав свою ленту «Дьяволы» (The Devils). И Кавалерович, и Рассел – дети века Разума, и ни в дьявола, ни в ведьм не верили.
Collapse )